Кем-то, да – но кем же? Быть кем-то, это значит быть свободной… Она отличалась яростным чувством независимости, хотя была скованной с виду. Она поддерживала это чувство, думая: «Однажды…» В кино люди воплощают свои мечты в жизнь. Всегда приплывает корабль или приходит поезд. И они не колеблются. Она тоже не будет колебаться, когда придет момент. Она ждет очень упорно.
В пятнадцать лет она оставила мальчишеские игры. От них у нее сформировалась крепкая фигура, которую она будет всю жизнь поддерживать в форме. Она больше не отвергала вещей, которые Джузеппина шила на машинке. Она всегда была хорошо одета благодаря тому, что находилось под рукой – мать заботилась об этом. Следуя тогдашней моде, она любила носить облегающие вещи, которые подчеркивали ее силуэт. Она была так удачно сложена, что любая тряпка на ней смотрелась. У нее были длинные, черные, сверкающие, густые волосы: великолепная шевелюра.
Как у всех юных девушек, у нее была лучшая подруга, Миранда. Они обменивались женскими журналами и рецептами красоты. Часами она говорили о молодых людях, об этой загадочной породе. Ведь молодые люди – это не то, что братья, даже если общение с последними дает преимущество в искусстве соблазнения. Благодаря братьям Иоланда хорошо знала психологию мужчин и чувствовала себя непринужденно в их компании.
Миранда была очень красива, Иоланда ею восхищалась. Простодушная кокетка, она не давала себе труда прятаться в углу, чтобы улыбаться молодым людям. Она бросала им беглые взгляды, которые считала томными. Она долго репетировала их перед зеркалом, подражая фото из журналов. Миранда знала все о жизни знаменитостей, и их любовные увлечения на глянцевой бумаге не содержали для нее никаких секретов. Рядом с ней Иоланда всегда казалась себе «гадким утенком».
— В любом случае, с моими очками это пропащее дело.
— Сними их!
Иоланда сняла. Мир вокруг нее стал расплывчатым.
— Ты привыкнешь! – уверяла подруга. – Видела этого типа? Как он на тебя посмотрел! Кстати, он был ничего!
— Да, я видела, — сказала Иоланда и с облегчением надела ненавистные стекла.
Вдруг ее поразила одна мысль. Она видела! Она видела, она же может видеть! Без очков!
Она подбежала к окну, открыла его и выбросила очки, как когда-то надоевшую куклу.
— Никогда больше я их не надену!
Она сказала правду. Никогда больше она их не наденет. Даже под влиянием усталости или стресса. Для этого у нее в сумочке будет пара черных очков. Если нужно, она воспользуется ими. Это и есть звезда. Она начала приобретать аристократизм «босоногой графини»…
Из книги: «Далида. Мой брат, ты напишешь мои мемуары» — Катрин Риуа (перевод с французского языка Ирины Лиминг)
Самая красивая — предыдущая глава
